Голландский архитектор Роберт Винкель о лофтах, людях и любви
Архитектор живет в лофте в исторической части Роттердама — здании Schiecentrale. Раньше здесь находилась электростанция, в 1999 году пространство решили восстановить, а самому месту придать новые функции. Проектом портовой зоны занимались эксперты из Mei architects and planners, и в 2008 году — при старте продаж — Роберт Винкель купил сразу три смежных квартиры на верхних этажах.
Концепция архитектора — рекреация старых зданий, которые когда-то служили для промышленных работ. Он предпочитает по максимуму сохранять сваи и стены, дорабатывая помещения под современное пространство для жизни и работы. Это среда для нового креативного кластера, в котором комфортно общаться и творить. Винкель часто работает со складами и фабриками.
— Морской склад в Роттердаме, сырный — в Гауде, ваши другие проекты: развиваются ли они по тому сценарию, который вы задумывали?
— Люди счастливы там, это самое важное. Они благодарят нас каждый день, собираются обживать эти пространства. Они любят эти старые здания, их историю. В этих местах сформировалось сообщество, где все мыслят схоже. Все эти люди не обязаны быть друзьями, они просто понимают и разделяют реальность друг друга.
Формирование подобной среды начиналось в Голландии, а теперь эта тенденция приходит и в Россию. Что касается жилья, в истории короли и цари строили свои дворцы и могли сами решать, где жить. Но остальные люди жили совсем по-другому. После революции у большинства появилось относительно сносное жилье. Конечно, во все времена оставались люди с большими финансовыми возможностями, которые оформляли дома и квартиры по собственному вкусу. Тем не менее сейчас в России часто подходят к выбору жилья более осознанно — например, архитекторы и художники. Именно они побуждают нас восстанавливать лофт-пространства и квартиры в мансардах. Такие апартаменты — это наши новые дворцы. Для тех, кто окончательно понял, что им нужно.
Сейчас профессионал лофт-индустрии и компания Mei architects and planners работают над проектом редевелопмента Шелковой фабрики в Наро-Фоминске — Fabrik. Команда специализируется на восстановлении пространств с богатой историей. Постройка уникальна своим прошлым, которое важно сохранить и адаптировать к современным реалиям. В здании уже идут работы по реконструкции, корпуса станут пространством для жизни и творчества; параллельно оптимизируются и возрождаются ландшафты и набережная реки Нары, находящейся в 30 м от фабрики.
— Что вас больше всего привлекает в проектах по редевелопменту?
— Мы всегда ищем что-то аутентичное, а потом пытаемся вдохнуть в пространство новую жизнь. Думаем, что нужно сделать, чтобы стены снова начали взаимодействовать с людьми. В случае с Наро-Фоминском мы сразу поняли: это прекрасный проект. Город и завод когда-то были одним целым. В советское время центр очень активно развивался и рос. Мы восстанавливаем фабрику — сердце Наро-Фоминска, — чтобы реанимировать весь город.
В Наро-Фоминске чувствуется общая энергия, готовность к переменам. Мы тоже это ощутили и поняли, что все получится. Конечно, вы можете спросить: почему русские не делают всего этого сами? Зачем для этого голландцы? Дело в том, что наша команда 30 лет назад начала восстанавливать уже существующие здания. Это ультимативный процесс: вы должны или уничтожить их, или ревитализировать — сохраняя первоначальные формы, детали и интерьер. Когда вы работаете с историческим объектом, должны сами стать этим зданием, влюбиться в него. Как с людьми: когда вы влюбляетесь, хотите знать об этом человеке все — кем были его родители, как зовут собаку. Так же и со зданиями: вы должны быть сопереживающими и испытывать эмпатию. Это важно.
Что можно сделать в лофте?
Площадь лофта можно использовать по-разному: за счет высоких потолков это пространство открыто для идей. Первые несколько лет лофт Роберта Винкеля объединял жилье и офис Mei architects and planners. Гибкость планировки позволила без ущерба использовать помещения для самых разных целей. Даже когда команда бюро расширилась и переехала в другое здание, Роберт смог подстроить освободившуюся площадь под интересы членов своей семьи.
Помимо просторных гостиных и спален, в лофте архитектора много других функциональных зон. Это единое пространство, здесь нет острых углов или порогов, поэтому дети могут безопасно бегать по дому и играть. Лофт «улавливает настроение владельца»: когда хочется движения и смены обстановки, пространство можно легко разделить на новые зоны, а когда необходим отдых — гостиная с панорамными окнами становится местом уединения и спокойствия посреди городского шума.
Такое жилье ярко характеризует интересы и вкусы хозяина: в коридоре между кабинетами, который образовался после объединения жилой и рабочей площади, Роберт Винкель оборудовал винный шкаф и витрины-хьюмидоры для хранения коллекции сигар. На месте бывших стен, разделяющих помещения, появились холодильная комната, домашний кинозал и небольшой детский театр с мобильной трибуной.
Одна из самых красноречивых деталей, которая подчеркивает гибкость лофта, где живет Роберт Винкель, — передвижная ванна. После наполнения ее можно свободно двигать по всему дому: искупаться с видом на гавань или посмотреть фильм в другой комнате.